Sunday, 24 July 2016

Tam HRAM

В музеях, как мне казалось, всегда был один минус — к экспонатам нельзя прикоснуться, нельзя ощутить историю, можно лишь посмотреть. Зрительно ощущается, конечно, тоже многое, но не всё. Сейчас мы на практике в Православной библиотеке Музея Духовной культуры. Мы занимаемся описанием древнерусских книг примерно XIV—XIX вв. И это потрясающе! Есть много бытовых моментов, которые мне не нравятся, которые бесят меня, но работа с книгами и атмосфера музея, в котором каждый сантиметр — чистая эстетика, приводят в восторг (если вы смотрели мой instagram, то вы понимаете, о чём я). Работа в музее настолько для меня, что я даже внятно описать это не могу! Можно спокойно гулять, впитывая атмосферу, трогать всё, играть на антикварных фортепиано, изучать книги трёхсотлетней давности. На третьем этаже храм, в подвале — архиеейские погреба, а само здание построено в  1906 году! Здесь висят портреты членов императорской семьи и в принципе всё пропитано историей. Заведующий музеем сам собрал все экспонаты и поэтому рассказывает с особой теплотой и любовью о каждом из них. Это намного приятней, чем смотреть на какие-то предметы под стеклом и слушать экскурсовода, который заучил статью из Википедии. 
Ещё здесь очень много полуразрушенных дореволюционных усадеб, которые не испытали на себе ни одной реставрации за неимением ни у кого средств. Всегда очень больно смотреть на остатки былого величия. Больно и слушать о том, как на месте панельных девятиэтажек когда-то были Александрийские сады и пруды с чёрными лебедями, как храмы и кладбища сносили для того, чтобы строить военные объекты. 


Я обязательно загружу ещё фотографии, но пока вот)



Wednesday, 20 July 2016

Ophélie

There, on the pendent boughs her coronet weeds  
Clambering to hang, an envious sliver broke;  
When down her weedy trophies and herself
Fell in the weeping brook. Her clothes spread wide;  
And, mermaid-like, awhile they bore her up:  
Which time she chanted snatches of old tunes;  
As one incapable of her own distress,  
Or like a creature native and indued
Unto that element: but long it could not be  
Till that her garments, heavy with their drink,  
Pull'd the poor wretch from her melodious lay 
To muddy death.
William Shakespeare's Hamlet
Sur l'onde calme et noire où dorment les étoiles
La blanche Ophélia flotte comme un grand lys,
Flotte très lentement, couchée en ses longs voiles...
- On entend dans les bois lointains des hallalis.


Voici plus de mille ans que la triste Ophélie
Passe, fantôme blanc, sur le long fleuve noir
Voici plus de mille ans que sa douce folie
Murmure sa romance à la brise du soir


Le vent baise ses seins et déploie en corolle
Ses grands voiles bercés mollement par les eaux ;
Les saules frissonnants pleurent sur son épaule,
Sur son grand front rêveur s'inclinent les roseaux.


Les nénuphars froissés soupirent autour d'elle ;
Elle éveille parfois, dans un aune qui dort,
Quelque nid, d'où s'échappe un petit frisson d'aile :
- Un chant mystérieux tombe des astres d'or

II
O pâle Ophélia ! belle comme la neige !
Oui tu mourus, enfant, par un fleuve emporté !
C'est que les vents tombant des grand monts de Norwège
T'avaient parlé tout bas de l'âpre liberté ;


C'est qu'un souffle, tordant ta grande chevelure,
À ton esprit rêveur portait d'étranges bruits,
Que ton coeur écoutait le chant de la Nature
Dans les plaintes de l'arbre et les soupirs des nuits ;


C'est que la voix des mers folles, immense râle,
Brisait ton sein d'enfant, trop humain et trop doux ;
C'est qu'un matin d'avril, un beau cavalier pâle,
Un pauvre fou, s'assit muet à tes genoux !


Ciel ! Amour ! Liberté ! Quel rêve, ô pauvre Folle !
Tu te fondais à lui comme une neige au feu :
Tes grandes visions étranglaient ta parole
- Et l'Infini terrible éffara ton oeil bleu !



III
- Et le Poète dit qu'aux rayons des étoiles
Tu viens chercher, la nuit, les fleurs que tu cueillis ;
Et qu'il a vu sur l'eau, couchée en ses longs voiles,
La blanche Ophélia flotter, comme un grand lys.

Arthur Rimbaud

Friday, 8 July 2016

Arthouse

Не хотела загружать эти фото сюда, потому что они сделаны на телефон и не самого лучшего качества, но ведь этот блог я завела очень-очень давно как раз для того, чтобы хранить здесь фотографии, а эти — одни из самых памятных, что у меня вообще есть. Очень здорово, когда есть кто-то, кто видит мир таким же прекрасным, детализированным и замечает красоту в незначительном и неприглядном, а потом делает фото, отражающие этот взгляд на мир. Всё это ниже очень близко моему внутреннему состоянию. И вот знаете, не всё же можно словами выразить — отсюда и живопись, и танцы, архитектура, наконец. Фотография помогает почувствовать происходящее не хуже. Если бы у нас был фотоаппарат, всё было бы по-другому, но так тоже хорошо!
Самые радостные моменты моей новой жизни в новом городе запечатлены именно так, как я их видела и чувствовала, хоть и поняла я это не сразу. Thanks for these arthouses.

Monday, 4 July 2016

Fairy gifts

В расстоянии между ногами, когда вы идёте, за вашей спиной, в том, что вы видите уголками глаз, в неприметных закоулках, мимо которых вы постоянно проходите, идя на работу, даже не зная об их существовании, существует сказочный мир фей. Они много работают, помогая людям и немного пакостя им для баланса. Они являются каждому родителю, что недавно обзавёлся ребёнком, приглашая их с младенцем явиться в их мир за подарком. После же родитель обязан выпить забвение — такова защита феечного мира. Итак, они являются в назначенный час, ждут своей очереди в длинном сказочном коридоре феечной конторки. Там целая бюрократическая система со множеством отделов: вот отдел, раздающий дары, следом — отдел их обжалования, комната отдыха, буфет. Подобно тому, как работающие в офисах люди то и дело, уставая работать и от скуки, отходят покурить, попить чай, поболтать, открывают вкладки с соцсетями вместо 1С, объявляют ждущим в очереди обеды и внеплановые вневременные пятнадцатиминутные перерывы, так и подуставшие от людей феи удаляются на цветочную поляну посреди леса, чтобы потанцевать, плести венки, водить хороводы вокруг благоухающих цветочных бутонов. Их можно понять, от плачущих младенцев и раздражающих родителей у любого голова кругом пойдёт. Натанцевавшись и напившись нектара и росы, феи возвращаются и вновь принимаются раздавать дары. Если к моменту их возвращения кто-то из пришедших начинает высказывать недовольство — феи запоминают и отплачивают тем же, когда до этого кого-то дойдёт очередь: феи существа весьма и весьма обидчивые, но при этом справедливые, ну, в силу возможности.
Кому-то феи дарят талант к разного рода творческому сочинительству, кому-то способность располагать к себе окружающих, кому-то неугасающую страсть к узнаванию нового и исследованию нашей неисследованной планеты (и не только) и так далее.

Проблема лишь в том, что феи не знают ни дальнейшей судьбы младенца, ни его родителей, и, следовательно, того, что они могут ему дать.  Так рождается величайшая в мире беда — несправедливость и отсутствие возможностей при наличии потенциала. Получивший дар нравиться всем окружающим и располагать их к себе искренне ненавидит людей; тот, кто должен стать величайшим поэтом эпохи, своё предназначение не выполняет и идёт в армию, становится военным, по стопам отца, которому не может перечить, и вскоре забывает о имевшемся увлечении сочинять стихи, но пустота внутри ни на секунду не покидает его, только разрастается; а горящий желанием узнавать новое, видеть новое, ощущать его в воздухе заперт в четырёх стенах уже привычной съёмной комнаты (комнат, в сущности, может быть вереница, возможно, даже квартир, но на самом деле это всё та же комната, замаскированная под разные), оплачивать которую едва хватает его зарплаты, а ведь ещё друзьям помогать надо, родителям и прочим небезразличным ему и ещё на себя что-то оставить — вот уже и отсутствие новых впечатлений, времени и мест потихонечку обхватывает ему горло своими щупальцами (хотя, в него я верю).

Но нельзя винить в этом фей, они помогают от всего сердца, помогают, потому что такова их сущность и без этого они не могут. Благодаря им каждый человек — сокровище, каждый ценен по-своему, каждый заслуживает быть. Теперь вы знаете, что в расстоянии между ногами, когда вы идёте, за вашей спиной, в том, что вы видите уголками глаз, в неприметных закоулках, мимо которых вы постоянно проходите, идя на работу, даже не зная об их существовании, существует сказочный мир фей. И когда вы в следующий раз будете смотреть на себя в зеркало и краем глаза увидите, что сзади вас что-то промелькнуло, знайте, что это феи, сделавшие каждого человека особенным и приглядывающие за вами — тоже особенным.

Спасибо Эде за фотки; Алине, что договорилась и просто была рядом; Васе за обработку; Люци, моей маме и Бодлеру за вдохновение.


Sunday, 22 May 2016

offtopic

Словами не передать то, что ты значишь для меня. Ты учила меня общаться с людьми, я научилась худо-бедно, но никого, кроме тебя, впускать в свою жизнь у меня не получается. Ни с кем не могу говорить так, как с тобой, ни с кем не могу веселиться так, как с тобой, даже молчать с тобой получается как-то по-особенному. У нас было, право, мало времени, а сейчас ещё меньше. И мне очень недостаёт общения с тобой, очень не достаёт твоего присутствия рядом. Мне мало раз в месяц-два посидеть с тобой на твоей кухне, но и эти несколько часов я жду больше всего. Сейчас очень жалею, что недостаточно ценила время, когда мы круглые сутки проводили вместе. 
 Дружба — это всё, что у меня есть. И это определённо больше, чем просто слово.